Директор научно-исследовательского центра «Центр технологий государственного управления» ИПЭИ РАНХиГС, д.ф.н., профессор Владимир Южаков выступил на Восьмом Евразийском антикоррупционном форуме с докладом  «Почему необходимо и как возможно участие судов в ликвидации коррупциогенности НПА».

Директор научно-исследовательского центра «Центр технологий государственного управления» ИПЭИ РАНХиГС, д.ф.н., профессор Владимир Южаков выступил на Восьмом Евразийском антикоррупционном форуме  «Право против коррупции: миссия и новые тренды». Доклад «Почему необходима и как возможно участие судов в ликвидации коррупциогенности НПА» сделан в рамках круглого стола «Антикоррупционная экспертиза: доктрина, методика, практика». Доклад подготовлен в развитие ранее представленных предложений Центра технологий государственного управления по возможности активизации участия судов в снижении коррупциогенности российского законодательства (см. приложение 2).

Владимир Южаков обратил внимание на то, что в настоящее время усилия по снижению коррупциогенности российского законодательства необоснованно сводятся к ставшей традиционной антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов. Такая антикоррупционная экспертиза стала массовой. Только прокуратура ежегодно - проводит ее в отношении более чем 900 тысяч НПА; выявляет более 45 тысяч НПА,  содержащих более 55 тысяч коррупциогенных факторов; добивается устранения более 50 тысяч из них.

Однако, при этом: 1) такое «очищение» проводится только в отношении вновь принимаемых НПА; 2) ранее (до 2009 года) принятые НПА этой процедуре практически не подвергаются;  3) как следствие, сферы правового регулирования освобождаемые от коррупциогенного влияния «новых» НПА (на что тратится много усилий) остаются под коррупциогенным влиянием «старых» НПА, наличие которого во многом обесценивает усилия, потраченные на проведение АЭ НПА «новых» АЭ НПА; 4) выявляются и устраняются только типичные коррупциогенные факторы (фактически, только часть известных типичных коррупциогенных факторов; 5) выявление правовых предпосылок коррупции проводится только по формальным признакам, без учета и оценки их связи с коррупционными практиками; 5) не оценивается влияние «очищения» НПА на уровень коррупции, сокращение коррупционных практик, ликвидацию коррупционных рынков.

Суды, по мнению докладчика, могли бы способствовать минимизации этих ограничений традиционной антикоррупционной экспертизы – в интересах снижения и ликвидации коррупциогенности массива НПА в целом.  Они могли бы дополнить АЭ НПА выявлением  правовых предпосылок коррупции «от практики» - путем установления обстоятельств, способствовавших совершению коррупционных преступлений при  рассмотрении дел о них.   Владимир Южаков, обратил внимание на то, что возможности этого уже сейчас содержатся в решениях самих судов. Например, в Постановлении Пленума Верховного суда РФ от 09.07.2013 № 24. Для его применения в интересах ликвидации коррупциогенности НПА достаточно признать, что к обстоятельствам, способствующим совершению коррупционных преступлений, относятся и правовые предпосылки коррупции (коррупциогенные факторы и нормы).

Для установления правовых предпосылок (как разновидности обстоятельств) рассматриваемых коррупционных преступлений, по мнению автора, суды могли бы ответить на вопросы о том, использовались ли правовые положения НПА, регулирующих сферу деятельности, в которой совершено правонарушение:

  • для создания возможности коррупционных преступлений (могли ли они быть совершены без использования таких положений?)
  • для легитимации решений и/или действий, расцениваемых судом как коррупционные преступления
  • для сокрытия решений и/или действий, расцениваемых судом как коррупционные преступления.

По итогам такого анализа суды могли бы выносить частные определения (представления), направленные на устранение использовавшихся в этих целях правовых положений - предпосылок коррупционного правонарушения.

Это, по мнению докладчика, позволит: помочь устранению коррупциогенных норм из ранее  принятых НПА; обеспечивать, тем самым, более полноценное очищение сфер правового регулирования от влияния коррупциогенности НПА;  выявлять, отталкиваясь от практики, все типичные и нетипичные (уникальные) коррупциогенные факторы; оценивать влияние «очищения» на сокращение коррупционных практик и рынков.

Приложения:

  1. Южаков В.Н. «Почему необходимо и как возможно участие судов в ликвидации коррупциогенности НПА»/Презентация доклада
  2. Основные публикации Центра технологий государственного управления ИПЭИ РАНХиГС по теме доклада.